Ужесточит ли Обама антироссийские санкции?

пн, 12/29/2014 - 02:54
Ужесточит ли Обама антироссийские санкции?

Политолог Арсений Сивицкий — о том, почему усиление американского давления против России не в интересах Белого дома. Новые санкции не в интересах Кремля — чтобы решить украинский вопрос и активизировать сотрудничество с США по всем вопросам глобальной повестки дня.

На прошлой неделе обе палаты конгресса США приняли «Акт о поддержке свободы Украины — 2014». Акт носит рекомендательный характер. Это означает, что он не строго предписывает определенные действия, а лишь только дает дополнительные полномочия американскому президенту ввести новые санкции по своему усмотрению. Поэтому может сложиться такая ситуация, при которой акт будет подписан, но в конечном итоге вообще не будет реализован или будет реализован не полностью.

Именно поэтому принимая во внимание это обстоятельство, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил 17 декабря, что российская сторона будет оценивать ситуацию только исходя из того, будет ли и в какой степени он применен на практике. Таким образом, будет ли Обама претворять в жизнь положения этого закона, во многом зависит от способности сторон услышать друг друга и наладить устойчивый диалог.

Напомню, что акт предоставляет президенту США право ввести новые санкции против российского энергетического, оборонного и финансового секторов, а также выделить на нужды украинских вооруженных сил в 2015–2017 бюджетных годах $350 млн на военную помощь. 

Помощь включает в себя «противотанковое и бронебойное оружие, боеприпасы, противоартиллерийские радары, позволяющие выявлять артиллерийские батареи, оборудование для контроля и наведения огня, тактические разведывательные беспилотники и средства защищенной связи». До этого дня США поставляли на Украину лишь нелетальную помощь. Администрация Барака Обамы и Пентагон избегали поставок летальных средств украинским властям, полагая, что это может только обострить и затянуть решение конфликта на востоке Украины.

В итоговую версию законопроекта так и не попал пункт о закреплении за Украиной, Грузией и Молдовой статуса основного американского союзника вне НАТО. Он был вычеркнут во время слушаний в согласительной комиссии конгресса. Сейчас этот законопроект поступил на подпись президента в Белый дом, где изучается Обамой и его советниками. Однако будет ли он подписан, большой вопрос.

До сегодняшнего дня санкции в отношении российских физических и юридических лиц в связи с ситуацией на Украине вводились на основании исполнительных указов президента США (№ 13660 от 6 марта, № 13661 от 17 марта и № 13662 от 20 марта 2014 года). Эти санкции отменяются аналогичными президентскими указами. Процесс же снятия санкций, предписанных законодательным актом, может затянуться на годы. Поэтому вряд ли президентская администрация сегодня заинтересована ограничивать окно возможностей, особенно в таком важном направлении, как российское. Именно на это направление Барак Обама в свое время сделал ставку в решении таких проблем глобальной повестки дня, как иранская ядерная программа, вывоз сирийского химического оружия, стабилизация Афганистана, нераспространение оружия массового уничтожения и др. Тем более что в преддверии принятия конгрессом акта Обама выступил с заявлением, согласно которому последовательное ужесточение антироссийских санкций вряд ли приведет к изменению политики Москвы по украинскому вопросу. Однако не все в американском политическом истеблишменте разделяют данную точку зрения, в особенности — республиканцы.

Республиканцы уже предпринимали попытку принять отдельный закон по ситуации в связи с украинским кризисом. В мае этого года в верхней палате конгресса США по инициативе сенатора-республиканца Боба Коркера был внесен законопроект «Акт о предотвращении агрессии со стороны России — 2014». Нынешний «Акт о поддержке свободы Украины — 2014» также был разработан Бобом Коркером в соавторстве с главой комитета по иностранным делам демократом Робертом Менендесом. По сути, в части относительно военной и невоенной поддержки Украины, а также касательно ужесточения санкций в отношении России ключевые положения двух актов идентичны. Однако дальше слушаний в сенате с «Актом о предотвращении агрессии со стороны России — 2014» дело не пошло: в его поддержку высказалось 26 сенаторов, в основном республиканцев, и он был отправлен на доработку в сенатский комитет по международным отношениям. Поэтому, как только республиканцы получили большинство в обеих палатах конгресса после ноябрьских промежуточных выборов, судьба «Акта о поддержке свободы Украины — 2014» была предрешена. Как бы это парадоксально ни звучало, именно администрация Барака Обамы сегодня является последним рубежом, препятствующим превращению акта в закон с соответствующими политическими и экономическими последствиями для России.

До сих пор западные санкции против России носили символический характер по сравнению с санкционными режимами, которые были введены, например, против Ирана в связи с его ядерной и ракетной программами: нефтяное эмбарго, заморозка счетов государственных и негосударственных компаний в иностранных банках, ограничение в доступе к технологиям и рынкам капитала, отключение от SWIFT и др. Даже список западных санкционных ограничений против Беларуси, действующий с 2011 года, был сопоставим с аналогичным против России до введения четвертого пакета санкций. А по количеству лиц, попавших в санкционный лист, белорусский список превышает российский в два раза.

Поэтому администрацию Обамы вряд ли можно заподозрить в том, что она пытается с помощью подобных санкций сменить власть в России или сделать что-то подобное. Для этого необходимо как минимум ввести санкции хотя бы на уровне санкционного режима против Ирана, чего Белый дом до сих пор старательно избегал. Но даже при таком сценарии вряд ли можно говорить о грозных намерениях Вашингтона, ведь, как показывает опыт ирано-американской «разрядки», антииранские санкции преследовали цель посадить за переговорный стол военно-политическое руководство Ирана, а не сменить режим аятолл. Такая позиция Белого дома создает почву для резкой критики со стороны республиканцев, особенно неоконов, которые полагают, что реакция США на действия России в ходе украинского кризиса была слишком мягкой.

В последнее время критика республиканцами внешней политики, проводимой президентом США, в том числе в связи с украинским кризисом, особенно усилилась. Близкое к республиканским кругам издание The Walt Street Journal даже успело обвинить Барака Обаму в том, что тот не в ладах с очевидным, поскольку американский президент до сих пор избегал называть вещи своими именами — квалифицируя действия России в отношении Украины как «вторжение». Да и в список угроз национальным интересам США Россия наряду с «Исламским государством» и лихорадкой Эбола попала сравнительно недавно, во время выступления Обамы на сентябрьской сессии Генеральной ассамблеи ООН. И то только потому, что за нерешительность в отношении России главу Белого дома начали критиковать не только республиканцы, но и коллеги по Демократической партии, в частности Хиллари Клинтон. Еще во время июльского выступления Обамы в военной академии «Вест Пойнт» в списке угроз для США значился лишь международный терроризм.

На фоне начавшейся подготовки к президентским выборам 2016 года Обама вынужден ужесточать свою риторику в отношении России для внутренней аудитории, чтобы вывести Демократическую партию из-под огня критики со стороны своих оппонентов — республиканских ястребов. Именно поэтому госсекретарь Джон Керри недавно посоветовал российскому коллеге Сергею Лаврову «не обращать внимания» на слова американского президента, что в итоге получило неверную интерпретацию со стороны ряда СМИ.

Сегодня главными приоритетами внешней политики Белого дома по-прежнему остаются ситуация на Ближнем Востоке, прежде всего решение вопроса иранской ядерной программы, борьба с «Исламским государством» и противодействие международному терроризму, нераспространение оружия массового уничтожения, военно-политическая стабилизация Афганистана, усиление американского присутствия в Азиатско-Тихоокеанском регионе и на Африканском континенте.

И только в конце этого списка, судя по реакции на него обамовской администрации, в сравнении с реакцией на вышеперечисленные вызовы, значится украинский кризис. Ведь и в Ираке, и в Афганистане, и на Филиппинах, и даже в Либерии для борьбы с лихорадкой Эбола США развертывают новые военные контингенты, чего до сих пор мы не наблюдали в случае с Украиной.

Поэтому если Барак Обама всё же не подпишет «Акт о поддержке свободы Украины — 2014», это будет еще одним сигналом Кремлю о готовности искать компромисс по украинскому вопросу. Тем более в условиях, когда сегодня одним из ключевых внешнеполитических приоритетов для Белого дома является решение вопроса иранской ядерной программы, чего невозможно достичь без глубокого сотрудничества с Россией. С началом украинского кризиса доверие между Белым домом и Кремлем было серьезно подорвано, что сказалось на взаимодействии, в том числе по иранской ядерной программе. Ключ к компромиссу по украинскому вопросу лежит в том числе в совместном решении ближневосточных проблем.

Единственное, что может подтолкнуть Барака Обаму к подписанию «Акта о поддержке свободы Украины — 2014», чтобы пойти на дальнейшее ужесточение санкций в том числе по иранскому сценарию, так это растущее внутриполитическое давление со стороны республиканцев и даже некоторых демократов в преддверии президентской кампании 2016 года. Однако готовность российской стороны восстановить прежний уровень сотрудничества на ближневосточном треке внешней политики Белого дома, активизировать взаимодействие по украинскому вопросу в рамках Минских соглашений создаст дополнительные аргументы для того, чтобы этого не делать.

Автор — директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований (Минск, Беларусь)

Арсений Сивицкий

Источник: Известия