Юрий Царик: Россия единственная заинтересована в дестабилизации Беларуси

ср, 03/29/2017 - 03:00

В середине марта Центр стратегических и внешнеполитических исследований опубликовал резонансный доклад, изобилующий громкими предположениями и заявлениями. Лейтмотивом доклада был тезис о том, что группа силовиков намеренно дезинформирует Александра Лукашенко и таким образом подталкивает белорусского президента к решениям, наносящим вред национальной безопасности.

«Представляется высоко вероятной реализация в Беларуси силового сценария по аналогии с 19 декабря 2010 года, но с более значительным масштабом столкновений и разрушений. Реализация данного сценария может привести к началу полноценного внутреннего конфликта в стране», — резюмировалось в докладе.

Апогей протестного марта — День Воли — прогноз аналитиков Центра не подтвердил. Да, хапун до и во время этой акции был весьма активным и порой доходящим до откровенного абсурда, но по жестокости подавления разгон Площади 2010 года он все же не превзошел.

Naviny.by поговорили с экспертом Центра стратегических и внешнеполитических исследований Юрием Цариком. В эксклюзивном интервью нашему изданию аналитик по полочкам разложил основные фабулы вышеупомянутого доклада, проанализировал последние события и сделал прогноз дальнейшего развития ситуации.

Юрий Царик. Руководитель программы российских исследований Центра стратегических и внешнеполитических исследований (Беларусь). Родился в 1984 году в городе Бобруйске. Закончил факультет международных отношений Белорусского государственного университета по специальности «Международное право» в 2007 году. Работал в Информационно-аналитическом центре при Администрации президента, в Министерстве информации Республики Беларусь и подведомственных организациях. С 2013 года — в Центре стратегических и внешнеполитических исследований.

Центр стратегических и внешнеполитических исследований – это неправительственная некоммерческая независимая исследовательская организация, целью которой является содействие расширению возможностей Республики Беларусь на международной арене путем анализа международных процессов, разработки программ и проектов. Центр был создан в 2013 году в статусе информационно-просветительского учреждения. Располагается в городе Минске. К числу приоритетных областей исследований Центра относятся: международные процессы и безопасность, евразийская интеграция, европейская интеграция, «интеграция интеграций», инфраструктурное развитие, промышленная политика, медиаполитика. Директор Центра – Арсений Сивицкий.

— Юрий, в докладе Центра говорилось, что «группа силовиков навязала Лукашенко представление о якобы осуществляющемся активном управленческом воздействии на социальные протесты со стороны лиц, проживающих в Украине». Что это за группа силовиков? Кто в нее входит?

— Трудно говорить о конкретных очертаниях групп в таких закрытых структурах, коими являются силовые структуры Беларуси. Однако вполне очевидно, что версию «украинского следа», так же как и «подпольной» деятельности несуществующего «Белого легиона» создавали и продвигали лица, имеющие отношение к Комитету государственной безопасности. То есть, это может быть довольно широкий круг лиц.

Собственно, именно КГБ затем и осуществлял задержания по уголовным делам и сейчас работает над предъявлением обвинения. Правда, иностранные граждане по ним вроде бы не проходят. Но это ожидаемо. Поскольку перечисленные «версии», насколько можно судить по представленной фактуре, — чистой воды вымысел. Думаю, в том числе и поэтому пресс-служба КГБ упорно молчала о «боевиках» на фоне громких заявлений Александра Лукашенко: в результате имиджевый удар от тиражирования сомнительных «версий» пришелся именно по президенту, а не по силовикам.

— Наверняка существует и другая группа — альтернативная силовикам, которая также предоставляет президенту информацию и свое видение ситуации. Насколько ее данные имеют влияние на Лукашенко? Кто входит в эту группу? Есть ли в ней глава МИД Владимир Макей и насколько сильны его позиции сейчас в целом? Почему на данный момент побеждает группа силовиков?

— Мне кажется бессмысленно делить группы в истеблишменте на «силовиков» и «не силовиков». Любые группы и образования являются «межведомственными» в каком-то смысле, хотя некоторые ведомства для таких групп, вероятно, могут быть базовыми, «якорными». Так вот, в группу тех, кто не дезинформировал Лукашенко и не подталкивал его к ошибочным решениям, входят в том числе силовики. Например, стоит вспомнить, что особую свирепость со стороны сотрудников МВД и особую изобретательность в деле придумывания всяких «боевиков» со стороны КГБ мы начали наблюдать после того, как 10 марта 2017 года Лукашенко на совещании с силовиками потребовал от Совета безопасности прекратить «мелочную опеку» подведомственных организаций, то есть, собственно МВД и КГБ. «Мелочная опека», вероятно, прекратилась. Но зато началась «чернуха». Выводы делайте сами.

— Насколько информация и действия силовиков могут скомпрометировать Макея в глазах Лукашенко и отодвинуть вторую группу? Каковы шансы силовиков окончательно победить в этом противостоянии?

— Здесь важно понимать, что «противостояние групп» — это примитивно позитивистская трактовка происходящего. Мол, есть группы и они противостоят друг другу.

Смысл же происходящего совсем в другом. А именно в том, что группа силовиков дезинформирует высшее военно-политическое руководство страны и подталкивает его к заведомо ошибочным действиям, которые ведут к резкому ослаблению Республики Беларусь, подрыву ее национальной безопасности.

В этом смысле можно, с одной стороны, сказать, что по итогам 25 марта инициаторы дезинформации в некотором роде «взяли в заложники» белорусский МИД и лично Владимира Макея. Поскольку МИД и его руководитель обязаны обеспечить позитив в отношениях с Западом, то в итоге именно они, а не силовики, и будут отвечать за невозможность это сделать.

Если позитив сохранится, то силовики «подтвердят» свою правоту в плане допустимости жестких действий. Если же позитив исчезнет, то силовики скажут, что МИД плохо делает свое дело и назначат крайним его. Короче говоря, человек с пистолетом всегда прав.

Проблема, однако, в том, что таким образом группа силовиков «взяла в заложники» всю Беларусь, а не только МИД и Макея. Поскольку на кону стоит вовсе не только нормализация со странами Запада, которая стратегически важна для национальной безопасности, но и положение дел в экономике, и способность устоять перед давлением России, и многие другие вещи. Страна в целом оказалась в заложниках.

— В отчете говорилось, что дезинформация была и в эфире белорусских телеканалов. Выходит, телеканалы также находятся под влиянием силовиков? Получается, что идеологи из Администрации президента, отвечающие за контент на ТВ, либо примкнули к силовикам, либо не контролируют ситуацию?

— А кто это такие — идеологи из Администрации президента? Последний тяжеловес из этой сферы — Всеволод Янчевский — мудро ушел в Парк высоких технологий. Не факт, что он бы «бодался» с силовиками, если бы оставался на прежнем месте. Мы этого никогда не узнаем. Но я думаю, что все остальные в идеологической вертикали весьма чутко прислушиваются ко мнению силовиков, потому что не имеют аппаратного веса для того, чтобы поступать иначе.

— Не является ли доклад вашего Центра этакой попыткой оправдать Лукашенко на фоне нынешнего, как называют его в СМИ, «конвейера репрессий» по отношению к политическим активистам. Мол, царь хороший, это бояре в погонах плохие...

— Важно понимать, что дезинформация есть дезинформация, независимо от того, как к ней относится Александр Лукашенко. Возможно, он даже требовал от силовиков срочно фактуры и сюжетов, которые позволили бы легитимировать жёсткие действия в отношении участников протеста. Даже в этом случае это не значит, что силовики имели право подсовывать такую низкопробную фактуру и дезинформировать главу государства и белорусское общество. И, кстати, последствия этой дезинформации ещё придётся разгребать нашей судебной системе.

— В СМИ и аналитических докладах не раз звучала версия, что некоторые оппозиционные политики и движения (к примеру, Статкевич или «Говори правду»), являются марионетками в чьих-то руках и спонсируются кукловодами. Согласно обнародованному спецслужбами перехвату разговора Николая Статкевича с проживающим в Украине бизнесменом Александром Сманцеромбелорусский политик якобы координировал с ним свои действия. А какой интерес у Сманцера? Не может ли он действовать по согласованию со спецслужбами: украинскими, российскими, западными, белорусскими?

— Перехват разговора Николая Статкевича с Александром Сманцером (если это вообще не фальшивка) свидетельствует только о том, что эти двое общались и обсуждали в том числе политические вопросы. При этом Сманцер, вероятно, как-то помог Статкевичу, не понятно чем. Вот и всё. Насколько нам известно, экономические возможности Сманцера сегодня не позволяют ему играть серьёзную политическую роль, тем более на международном уровне.

Сотрудничество со спецслужбами? Это возможно. Но надо смотреть, какие страны заинтересованы в дестабилизации Беларуси. Это точно не Украина, для которой нейтралитет и стабильность Беларуси жизненно важны в условиях фактической войны с Россией. Это точно не Польша, которая по всем фронтам поддерживает Беларусь, её роль как донора региональной стабильности и безопасности, занимает в высшей степени конструктивную позицию. Это точно не Германия, заинтересованная в сохранении сдерживающей роли Беларуси в отношении России. И это точно не США, которым сейчас вообще не до Беларуси.

А какая страна уже больше года последовательно оказывает комплексное экономическое, политическое, информационное и военное давление на Беларусь? Правильно, Российская Федерация.

Это просто факты. Они не означают, что Сманцер связан с российскими Службой внешней разведки или ФСБ. Я даже уверен, что он с ними не связан. Но международный расклад сегодня именно такой: единственным субъектом, заинтересованным в дестабилизации Беларуси, является Россия. И игнорирование данного расклада — важнейший аспект дезинформации Александра Лукашенко со стороны группы силовиков.

— Почему Россия заинтересована в дестабилизации ситуации в Беларуси? Чем ей мешает наш статус «донора региональной стабильности и безопасности»? И как Россия будет действовать дальше в этом направлении?

— Руководство Российской Федерации заинтересовано в превращении Беларуси в свой военно-стратегический плацдарм. Мы об этом писали в ряде докладов и публикаций нашего Центра. Смысл данного действия в том, чтобы резко сдвинуть в свою сторону военно-стратегический баланс в регионе Центральной и Восточной Европы, создав непосредственную и неустранимую угрозу для стран НАТО (Польши, Литвы и Латвии) и для Украины. Такой шаг сделает защиту восточного фланга НАТО задачей, требующей огромных ресурсов, непосильных для организации, и даст России преимущество как в плане ведения переговоров с Западом, так и в плане возможного военного конфликта с НАТО.

Чтобы создать такой плацдарм на месте Беларуси, нужны две вещи. Первая — размещение в Беларуси российских войск. Вторая — резкое ослабление белорусского государства, превращение его в несостоявшееся государство, где Россия является донором безопасности и стабильности. По сути, превращение Беларуси в такой восточноевропейский Кыргызстан (да простят меня мои друзья из Кыргызстана, которых я ни в коем случае не хочу обидеть).

Дальнейшие действия России по реализации данного замысла будут включать, соответственно, три главные составляющие: подрыв отношений Беларуси со странами Запада; подрыв политической и экономической стабильности в Беларуси; расширение возможностей РФ по оказанию влияния на Беларусь в различных измерениях. Эти три приоритета не всегда согласуются друг с другом. Но в целом они описывают суть политики РФ в отношении Беларуси.

— Исходя из доклада, получается: а) силовики и спецслужбы дезинформируют Лукашенко; б) на основании этой дезинформации в критической ситуации президент принимает ключевые решения, касающиеся национальной безопасности; в) эта дезинформация подталкивает его к совершению грубых политических ошибок. В связи с этим ряд вопросов. Действуют ли спецслужбы в своих собственных интересах? Если да, то в каких именно? Действуют ли они в интересах другого государства, и если да, то какого?

— По поводу интересов — одно другому не мешает. С одной стороны, очевидно, что действия МВД и КГБ в рамках политического кризиса в марте 2017 года отражают корпоративное стремление этих двух структур усилить собственные аппаратные позиции и (особенно — в случае КГБ) избежать болезненной оптимизации, доказав свою «нужность» для государства.

С другой стороны, вся эта дезинформация вполне однозначна с точки зрения геополитики и играет на руку только России. Особенно в том плане, что как бы подтверждает выдуманный российскими политтехнологами и спецслужбами нарратив о якобы надвигающемся «майдане» в Беларуси. Ещё с 2015 года российская пропаганда активно распространяла данный нарратив в различных целевых аудиториях. А сейчас он как будто бы подтверждается самими событиями в Минске и белорусскими властями. И это очень серьезно развязывает руки для односторонних действий Кремля в отношении Беларуси.

Нельзя исключать и того, что данный деструктивный эффект является для отдельных лиц в силовых структурах не побочным, а целевым. То есть, что они прямо работают на Москву. Но для этого надо обладать фактами и доказательствами. Если такое и есть, то это скорей исключение. Более важно ситуационное совпадение интересов, имеющее, однако, негативные стратегические последствия для Беларуси.

— Если конкретизировать: к совершению каких именно политических ошибок подталкивают спецслужбы Лукашенко, давая ему дезинформацию?

— Речь не только о конкретных ошибках (они чаще всего лишь следствие), но и о логике мышления и поведения. В этом плане Лукашенко навязывают некоторые неадекватные представления.

Во-первых, это иллюзия того, что с Москвой можно договориться, можно выйти на компромисс и «откатать назад» ту конфронтацию, которая сложилась в последние месяцы. Причём сделать это, не сдав себя с потрохами. Это очень опасная иллюзия. Компромиссные варианты с Москвой невозможны до тех пор, пока Москва видит, что белорусское руководство само себя ослабляет. Пока Минск сам подрывает свои позиции, зачем Кремлю идти ему на уступки? По нашей информации, ещё в конце 2016 года по не вполне ясным причинам произошли некоторые сбои в процессе информирования Лукашенко о ситуации в России. В результате данных сбоев качество информации, поступающей президенту на эту тему, резко снизилось. И это стало, безусловно, одной из важных предпосылок, сделавших возможной и дезинформацию, и другие ошибки.

Во-вторых, это иллюзия того, что нужно свернуть реформы, чтобы «успокоить народ». Мол, либерализация взбудоражила народ. Но народ поднялся не против реформ, а против нищеты и несправедливых, неэффективных и унизительных псевдорешений наподобие декрета № 3. Да, некоторые рыночные реформы тоже усиливают финансовое давление на население. Но если их реализовывать решительно и последовательно, не делая постоянные шаги назад и в сторону, то можно сбалансировать рынок труда, обеспечить и социальную защиту уязвимых групп населения, и экономический рост и рост благосостояния. Либеральный популизм с сильной социальной риторикой плюс реальные динамичные реформы в экономике — это та политическая формула, которая может создать новую электоральную базу для Александра Лукашенко и обеспечить стабильность системы в течение нескольких лет.

Если же реформы не проводить, а искать «свой путь», руководствуясь советами пророссийских, номенклатурных и прочих лоббистов, то будет просто катастрофа, гораздо хуже, чем в 2011 году. Возврат к рецептам Прокоповича — будь то в виде «эмиссионного роста» или же в виде «особого пути» на рынке труда (искусственного накачивания неэффективной занятости) — это путь в пропасть. И данный возврат как раз активно лоббируется пророссийскими элементами в госаппарате.

Вот эти два пункта — ключевые. Вокруг них много другого, например, остановка экономической либерализации, заморозка нормализации отношений с Западом, ухудшение отношений с Польшей и Украиной и т.д.

— Нынешние силовые меры в отношении оппозиции, судя по всему, санкционированы самим Лукашенко. Думаете, эту санкцию он дал только под влиянием дезинформации силовиков?

— Безусловно, нет. Здесь важно понимать, как дезинформация могла стать возможной.

Смотрите, разгон 25 марта происходил вообще в отсутствие Лукашенко в Минске. По сути, ситуация им была отдана на откуп силовым ведомствам. Конечно, это сознательное решение, и можно предположить, какие политические нюансы и оттенки оно придало произошедшему. В преддверии 25 марта Лукашенко сам встречался с представителями Запада и пытался минимизировать негативный эффект жёсткого сценария.

Почему он при этом не пресек реализацию такого сценария? Вероятно, он просто не обладал заслуживающей доверия информацией о реальном масштабе протестов, потенциале насилия и других параметрах. То есть, помимо дезинформации о «боевиках» имел место еще и провал разведки — непонимание военно-политическим руководством реальных параметров ситуации. Кроме того, не исключено, что Лукашенко дополнительно подсунули дезинформацию о возможном смягчении позиции Москвы в ответ на ухудшение отношений Минска с Западом. И в итоге президент решил «перестраховаться» в этой неопределённой ситуации. Данная «перестраховка» как бы сработала — крови удалось избежать (был ли потенциал кровавых провокаций — вопрос отдельный; дезинформация говорила, что был, но возможно, он был и на самом деле). Но какой ценой?

И главное — что делать дальше с дезой, использованной для легитимации жесткого сценария? Учитывая, что данная дезинформация и оперирование на ее основе несет очень серьезные издержки для Минска во многих измерениях.

— Помощником президента по национальной безопасности является его старший сын Виктор Лукашенко. Разве не через него проходит вся информация для главы государства по этой теме? Неужели дезинформация на стол президента попадает в обход Виктора Александровича? Тогда через кого?

— Мне кажется, есть много мифов вокруг фигуры Виктора Лукашенко. Он является членом Совета безопасности, да. И, конечно, пользуется особым доверием своего отца. Но думать, что он эффективно контролирует КГБ, да ещё и другие силовые ведомства… Такую сложную корпорацию, как КГБ, вообще весьма трудно контролировать, особенно учитывая фактор России.

Да и с другой стороны, если представить, что Виктор Лукашенко является таким всемогущим «суперсиловиком», то как расценивать произошедшее? Как то, что он сознательно провёл жесткий сценарий, наносящий ущерб национальной безопасности Беларуси и отвечающий интересам Москвы? Это примерно как если бы Георгий Жуков в октябре 1941 года решил бы возглавить прогерманский заговор. И надеялся бы, что в случае его успеха Гитлер потом не будет добивать горе-заговорщиков и брать Москву. Это ж каким недалеким человеком надо быть?!

Так что я думаю, что это всё из области больных фантазий и конспирологии.

Гораздо понятней и реальней то, что влиятельные силовики, имеющие свои контакты с Москвой, воспользовались ситуацией неготовности власти к протестам «нетунеядцев» и подсунули Александру Лукашенко тот вариант действий, который в наибольшей степени учитывал его психологические особенности (нежелание «терять лицо» в виде отмены декрета № 3 и т.д.) и в итоге показался ему наиболее надежным. Кроме того, данный вариант действий почему-то рассматривался им как возможность найти компромисс с Москвой, чему способствовало ухудшение качества его информирования о ситуации в России. И после оценки способности МИД минимизировать негативные последствия данного варианта действий в отношениях с Западом было принято решение о его реализации.

Именно в таком контексте могли быть безнаказанно вброшены и дезинформация, и другие предложения, последствия которых ещё долго будут оказывать негативное влияние на Беларусь.

 

Опубликовано на сайте Naviny.by.